Мои извинения заказчику, но изображённое помещение меньше всего похоже на кубрик Санни-го. Где-то в преддверии событий на архипелаге Сабаоди. Почти семьсот семьдесят слов.
Прекрасная и единственная навигатор будущего Короля Пиратов любит деньги и искренне полагает, что всё сэкономленное на своих накама можно запросто перекладывать в собственный карман. Но даже у этого её стремления есть разумные пределы, поэтому вовсе не это стало причиной того, в каком положении оказались Соломенные пираты этой ночью. Любой здравомыслящий человек знает, что как бы ни были хороши отношения между людьми, долгое время непрерывно находиться в тесной компании друг друга вредно для самочувствия и любви к ближнему своему. А одиноко плывущий по бесконечным волнам корабль, сколько бы отдельных помещений и укромных уголков на нём не было, – это как раз такое замкнутое пространство, где чужое присутствие чувствуется особенно остро. И в затянувшемся плавании иногда очень хочется выпрыгнуть за борт в попытке бегства от дорогой команды, в которой по прихоти судьбы и капитана собрались совершенно разные и сами по себе не очень совместимые люди (и северный олень). Ну или наоборот, выкинуть в море остальных и остаться в долгожданном и жизненно необходимом гордом одиночестве. Нами, обоснованно полагающая себя человеком здравомыслящим, всё это прекрасно понимает. Она знает, что короткая остановка на архипелаге – это их шанс хоть немного отдохнуть от общества друг друга. Но всё-таки она без колебаний снимает для ночлега на суше только одну комнату на всех (а даже не две, что обычно является минимумом). Разумом навигатор может понимать что угодно, но то, что действительно нужно всем им, таким не похожим друг на друга, Нами куда лучше чувствует сердцем. Комната, в которой команде Луффи предстоит провести эту ночь, довольно просторная и совершенно пустая. Разве что пол в ней мягкий и приятный на ощупь, да одеяло посредине лежит – такое большое, что его с лихвой хватит на всех. Их всех сегодня тревожит странное предчувствие, словно над ними нависла невиданная ранее угроза не просто ненадолго расстаться, а быть разбросанными по всему миру и ближайший пару долгих лет провести в полном одиночестве и неведении о судьбах остальных. Поэтому все они – инстинктивно, почти не отдавая себе отчёта – пользуются этой подвернувшееся возможностью оказаться друг к другу не просто близко, а почти вплотную. Даже Робин забирается под это общее одеяло, хотя по своей привычке спать она пока не собирается. Археолог берёт с собой очередной фолиант и листает с необычно небольшим интересом, больше думая не о новых знаниях, а о дорогих людях. Даже Чоппер оказывается под одеялом, хотя ему вовсе не холодно в его полной животной форме. Это Луффи притянул его к себе, обнял, как тёплую меховую подушку, и отпускать совершенно не собирается. Капитан как всегда не мучает себя лишними размышлениями, а действует наиболее очевидным способом. Санджи по своему обыкновению спит крепко. И видит сон про прекрасную Нами-сан, которая проявляет невиданную благосклонность и позволяет себя обнять за плечи. Навигатору же в это время в который раз снится тот самый детский кошмар с участием Арлонга и Белльмере, что так часто оказывается предвестником крупных неприятностей и новой едкой боли глубоко в сердце, поэтому Нами неосознанно придвигается к лежащему рядом коку ближе, утыкается носом в чужую, приятно и привычно пахнущую табаком грудь. А он обнимает её одной рукой и даже не подозревает о таком счастье наяву. Постепенно темнеет, и в углах комнаты начинают клубиться страшные бесформенные тени, но храбрый воин моря (пока непризнанный) по имени Усопп героически их игнорирует и даже спиной к ним поворачивается. Вместе со своими накама он и не на такие подвиги способен. А ради них он и большую храбрость проявить может, пусть даже этого никто не увидит. Френки тоже лежит вместе со всеми, хотя киборг как никто другой хотел бы остаться на борту Санни-го. Наверное, завтра он встанет рано-рано, вместе с собирающимся готовить обширный завтрак коком, и первым делом пойдёт проверять сохранность корабля. Но это будет только завтра. У Зоро то ли случился особо острый приступ топографического «таланта», то ли проявилась его способность спать в любом месте и положении… но теперь из-под одеяла торчат только его по собственноручно нанесённым шрамам узнаваемые ноги. А может быть он просто пришёл и лёг первым, а остальные в шутку его накрыли и расположились вокруг. В общем-то неважно, почему и как так получилось, главное, что этой ночью даже не любящий откровенной физической близости мечник не стал отрываться от коллектива. И Брук, в силу своих особенностей вовсе во сне не нуждающийся, тоже не стал. И теперь скелет лежит, не способный даже глаза закрыть из-за их (Йохохохо!) отсутствия, и слушает дыхание новообретённых накама. Пиратская жизнь вообще полна всяческих опасностей и по определению непредсказуема. Но если завтра произойдёт что-то совсем из ряда во выходящее… Никто из них не сомневается, что связывающие их души нити могут порваться из-за такой банальной вещи как расстояние. Но тепло, что можно скопить лёжа под одним одеялом бок к боку, в случае расставания поможет им вновь найти друг друга вернее, чем обрывки Карты Жизни.
Спасибо за шикарное исполнение! Откроетесь?) Мои извинения заказчику, но изображённое помещение меньше всего похоже на кубрик Санни-го. Заказчик понял, что ступил, уже после подачи заявки) Ладно, не суть; хотелось именно описания этой атмосферы, а у Вас получилось очень даже)
Где-то в преддверии событий на архипелаге Сабаоди.
Почти семьсот семьдесят слов.
Прекрасная и единственная навигатор будущего Короля Пиратов любит деньги и искренне полагает, что всё сэкономленное на своих накама можно запросто перекладывать в собственный карман. Но даже у этого её стремления есть разумные пределы, поэтому вовсе не это стало причиной того, в каком положении оказались Соломенные пираты этой ночью.
Любой здравомыслящий человек знает, что как бы ни были хороши отношения между людьми, долгое время непрерывно находиться в тесной компании друг друга вредно для самочувствия и любви к ближнему своему. А одиноко плывущий по бесконечным волнам корабль, сколько бы отдельных помещений и укромных уголков на нём не было, – это как раз такое замкнутое пространство, где чужое присутствие чувствуется особенно остро. И в затянувшемся плавании иногда очень хочется выпрыгнуть за борт в попытке бегства от дорогой команды, в которой по прихоти судьбы и капитана собрались совершенно разные и сами по себе не очень совместимые люди (и северный олень). Ну или наоборот, выкинуть в море остальных и остаться в долгожданном и жизненно необходимом гордом одиночестве.
Нами, обоснованно полагающая себя человеком здравомыслящим, всё это прекрасно понимает. Она знает, что короткая остановка на архипелаге – это их шанс хоть немного отдохнуть от общества друг друга. Но всё-таки она без колебаний снимает для ночлега на суше только одну комнату на всех (а даже не две, что обычно является минимумом). Разумом навигатор может понимать что угодно, но то, что действительно нужно всем им, таким не похожим друг на друга, Нами куда лучше чувствует сердцем.
Комната, в которой команде Луффи предстоит провести эту ночь, довольно просторная и совершенно пустая. Разве что пол в ней мягкий и приятный на ощупь, да одеяло посредине лежит – такое большое, что его с лихвой хватит на всех.
Их всех сегодня тревожит странное предчувствие, словно над ними нависла невиданная ранее угроза не просто ненадолго расстаться, а быть разбросанными по всему миру и ближайший пару долгих лет провести в полном одиночестве и неведении о судьбах остальных. Поэтому все они – инстинктивно, почти не отдавая себе отчёта – пользуются этой подвернувшееся возможностью оказаться друг к другу не просто близко, а почти вплотную.
Даже Робин забирается под это общее одеяло, хотя по своей привычке спать она пока не собирается. Археолог берёт с собой очередной фолиант и листает с необычно небольшим интересом, больше думая не о новых знаниях, а о дорогих людях.
Даже Чоппер оказывается под одеялом, хотя ему вовсе не холодно в его полной животной форме. Это Луффи притянул его к себе, обнял, как тёплую меховую подушку, и отпускать совершенно не собирается. Капитан как всегда не мучает себя лишними размышлениями, а действует наиболее очевидным способом.
Санджи по своему обыкновению спит крепко. И видит сон про прекрасную Нами-сан, которая проявляет невиданную благосклонность и позволяет себя обнять за плечи. Навигатору же в это время в который раз снится тот самый детский кошмар с участием Арлонга и Белльмере, что так часто оказывается предвестником крупных неприятностей и новой едкой боли глубоко в сердце, поэтому Нами неосознанно придвигается к лежащему рядом коку ближе, утыкается носом в чужую, приятно и привычно пахнущую табаком грудь. А он обнимает её одной рукой и даже не подозревает о таком счастье наяву.
Постепенно темнеет, и в углах комнаты начинают клубиться страшные бесформенные тени, но храбрый воин моря (пока непризнанный) по имени Усопп героически их игнорирует и даже спиной к ним поворачивается. Вместе со своими накама он и не на такие подвиги способен. А ради них он и большую храбрость проявить может, пусть даже этого никто не увидит.
Френки тоже лежит вместе со всеми, хотя киборг как никто другой хотел бы остаться на борту Санни-го. Наверное, завтра он встанет рано-рано, вместе с собирающимся готовить обширный завтрак коком, и первым делом пойдёт проверять сохранность корабля. Но это будет только завтра.
У Зоро то ли случился особо острый приступ топографического «таланта», то ли проявилась его способность спать в любом месте и положении… но теперь из-под одеяла торчат только его по собственноручно нанесённым шрамам узнаваемые ноги. А может быть он просто пришёл и лёг первым, а остальные в шутку его накрыли и расположились вокруг. В общем-то неважно, почему и как так получилось, главное, что этой ночью даже не любящий откровенной физической близости мечник не стал отрываться от коллектива.
И Брук, в силу своих особенностей вовсе во сне не нуждающийся, тоже не стал. И теперь скелет лежит, не способный даже глаза закрыть из-за их (Йохохохо!) отсутствия, и слушает дыхание новообретённых накама.
Пиратская жизнь вообще полна всяческих опасностей и по определению непредсказуема. Но если завтра произойдёт что-то совсем из ряда во выходящее… Никто из них не сомневается, что связывающие их души нити могут порваться из-за такой банальной вещи как расстояние. Но тепло, что можно скопить лёжа под одним одеялом бок к боку, в случае расставания поможет им вновь найти друг друга вернее, чем обрывки Карты Жизни.
Гость, нечего от меня прятатьсяael Thervin, заявка как-то располагала~А.
Мои извинения заказчику, но изображённое помещение меньше всего похоже на кубрик Санни-го.
Заказчик понял, что ступил, уже после подачи заявки) Ладно, не суть; хотелось именно описания этой атмосферы, а у Вас получилось очень даже)
Cordalis,
мне за свою писанину давно не стыднозапросто: вот он я, как бы автор.Рад, что в итоге с пожеланиями заказчика я угадал)
ael Thervin, нельзя, я запрещаю!))
это классно *О*
*гордится Реном*